Библиотека


 Главная Контакты Карта сайта Телефоны Библиотека

 Библиотека  > Редьярд Киплинг. Маленькие сказки > Редьярд Киплинг. Как была выдумана азбука

СКАЗКИ
РАССКАЗЫ

 

 

Как была выдумана азбука

Через  неделю после  происшествия  с  багром,  незнакомцем  и  рисунком
Таффимай Металлумай (мы, как  и прежде, милые мои, будем называть  ее Таффи)
опять  отправилась  со своим папой  ловить  карпов.  Мама хотела,  чтобы она
осталась дома  и помогала  развешивать шкуры для просушки на  больших шестах
около  пещеры,  но Таффи  чуть  свет убежала за отцом на рыбную  ловлю.  Она
шалила и резвилась и внезапно так расхохоталась, что папа сказал ей:
     - Не балуйся, девочка!
     - Ах, как это было потешно! - восклицала Таффи. -  Помнишь, как старший
вождь раздувал щеки и какой смешной был наш милый чужак, когда ему  обмазали
волосы глиной?
     -  Еще  бы  не  помнить,  -  ответил  Тегумай,  -  мне  пришлось отдать
незнакомцу две самые лучшие оленьи шкуры за то, что мы его обидели.
     - Это не мы с тобой, а мама и ее приятельницы! - возразила Таффи.
     - Ну будет.  Давай-ка позавтракаем. Таффи принялась обсасывать мозговую
кость и  сидела смирнехонько целых десять минут. Тем временем ее папа что-то
царапал зубом акулы на березовой коре. Вдруг она сказала:
     - Папа, я придумала одну вещь. Крикни что-нибудь!
     - А! - крикнул Тегумай. - Годится?
     - Да,  -  ответила Таффи. -  Знаешь, ты сейчас  ужасно похож на карпа с
разинутым ртом. А ну, крикни еще раз.
     - А! А! А! - крикнул Тегумай. - Но ты не смейся надо мною, дочка.
     -  Я  вовсе не смеюсь, - сказала Таффи.  -  Ты сейчас  узнаешь,  что  я
придумала. Скажи опять "А" и не закрывай рта, а мне дай зуб акулы. Я нарисую
карпа с разинутым ртом.
     - Зачем? - спросил папа.
     -  Разве  ты не догадываешься?  -  сказала  Таффи, царапая по березовой
коре.  - У  нас с  тобою будет маленький секрет.  Когда я  нарисую  карпа  с
разинутым ртом  на закоптелой стене нашей пещеры (мама, вероятно, позволит),
то ты сразу вспомнишь "А". Мы можем играть, как будто я выскочила из темного
угла и  напугала  тебя  криком.  Помнишь, прошлой  зимой я  напугала  тебя в
бобровом болоте?
     - В самом деле! - воскликнул папа таким голосом, как  говорят взрослые,
когда внимательно слушают. - Продолжай, Таффи.
     -  Ах, какая досада!  -  сказала  она. -  Я не  могу  нарисовать  карпа
целиком, вот только его рот. Все равно, мы будем думать, что здесь нарисован
весь карп, а это его рот, означающий "А".
     Таффи нарисовала вот что. [ рис.1].
     -  Недурно,  - сказал  Тегумай и нацарапал то же самое на  другом куске
березовой коры. - Но ты забыла, что у карпа поперек рта торчат усики.
     - С этим я не справлюсь, папа.
     - Ничего, попробуй.  Нацарапай  только  открытый рот  и  усик. Мы будем
знать, что  ты нарисовала карпа,  потому что у окуней  и форелей  усиков  не
бывает. Смотри, Таффи!
     И он нарисовал вот что. [ рис.2].
     -  Хорошо, теперь  и я  сделаю, - сказала Таффи. -  Ты разберешь,  если
будет так?

     И она нарисовала вот что. [ рис.3].
     - Отлично, -  сказал папа. -  Когда  я увижу этот знак, то буду так  же
удивлен, как если б ты неожиданно выскочила из-за дерева и крикнула "А".

     - Теперь крикни что-нибудь другое, - попросила  Таффи, очень  довольная
своей выдумкой.
     - Уа! - громко крикнул ее папа.
     - Гм! - заметила Таффи. - Это что-то сложное. Конец напоминает "А", или
рот карпа. А как же начало - у-у?
     - Начало тоже похоже на тот крик - рот карпа. Давай присоединим  ко рту
и туловище карпа, - предложил папа. Он и сам увлекся игрою.
     -  Нет. Если  соединить, то  я забуду. Надо,  чтобы это  было отдельно.
Нарисуй хвост. Когда  карп закапывается в тину, то виден только его хвост. А
потом я думаю, что хвосты легко рисовать, - сказала Таффи.
     - Хорошая мысль, - заметил Тегумай.
     - Вот тебе хвост карпа для звука у-у. И он нарисовал вот что. [ рис.4].
     -  Теперь я  попробую,  -  сказала Таффи,  -  но я  не умею  так хорошо
рисовать, как  ты.  Что, если  я нарисую  только краешек хвоста  и  черточку
вместо середины?

     И она нарисовала вот  что.  [  рис.5]. Папа кивнул головою в знак одоб-
рения, и глаза его загорелись от восторга.

     - Как хорошо! - сказала Таффи.
     - Теперь крикни на другой лад.
     - О! - Громко крикнул отец.
     -  Это нетрудно изобразить, - заметила Таф-фи. -  У тебя рот становится
круглый, как яйцо или как камень. Значит, можно положить яйцо или камень.
     - Под  рукою  не  всегда  найдутся яйца или камни.  Мы лучше нацарапаем
такой кружок. Он нарисовал вот что. [ рис.6].

     -  Сколько звуков мы уже с тобою нацарапали! - воскликнула Таффи. - Рот
карпа, хвост карпа, яйцо! Крикни еще что-нибудь, папа.
     - Ссс! - сказал папа и наморщил лоб,  но девочка от возбуждения даже не
заметила этого.
     - Это легко, - заявила она, царапая по коре.
     - Что такое? - спросил отец. - Я думаю, а ты мне мешаешь.
     - Это тоже звук. Так шипит змея,  папа, когда она думает, а  ей мешают.
Пусть будет с змея, хорошо?
     И она нарисовала вот  что. [ рис.7]. - Знаешь, - сказала Таффи, - у нас
будет еще секрет. Если ты нарисуешь шипящую змею у входа в маленькую пещеру,
где  ты  чинишь  гарпуны,  я буду знать, что ты крепко  задумался,  и  войду
тихо-тихо.

     Если ты ее нарисуешь на дереве около реки, когда ловишь рыбу, то я буду
знать, что ты велишь мне сидеть смирно и не мешать тебе.
     - Отлично, -  сказал  Тегумай.  - Это игра  серьезнее, чем ты  думаешь.
Таффи, голубка,  мне кажется, что дочь твоего отца придумала  ловкую  штуку,
какой еще никто не изобрел с тех пор, как племя Тегумай научилось насаживать
на  гарпуны зубы  акулы вместо кремневых наконечников. Мы, кажется,  открыли
величайшую тайну в мире.
     - Какую? - с любопытством спросила Таффи.
     - Сейчас объясню, - ответил папа. - Как называется вода на  тегумайском
языке?
     - Ну, разумеется, уа, и река то же самое. Вагай-уа значит река Вагай.
     -  Как  называется  вредная болотная вода,  от которой люди  заболевают
лихорадкой?
     - У о. А что?
     - Теперь  смотри,  -  сказал  отец. - Представь себе, что ты увидела бы
этот знак около лужи на бобровом болоте.
     Он нарисовал вот что. [ рис.8].

     -  Хвост  карпа  и круглое яйцо. Два звука вместе. У-о! Дурная вода!  -
воскликнула Таффи.  -  Конечно, я не стала бы пить этой  воды,  так  как  ты
сказал бы, что она вредная.
     - Но мне  вовсе не нужно для этого стоять у пруда. Я мог  бы быть очень
далеко, на охоте, и все-таки...
     -  И все-таки  я знала бы,  что вода вредная, словно ты  стоял бы там и
говорил: "Уйди, Таффи, а то получишь лихорадку". А на самом деле говорит это
хвост карпа и яйцо. О, папа, надо скорее пойти и рассказать это маме!
     Девочка от восторга прыгала около отца.
     - Нет, погоди еще, - остановил ее Тегумай. - Надо придумать дальше.  Уо
значит дурная вода, а со - кушанье, приготовленное на огне. Не правда ли?
     И он нарисовал вот что. [ рис.9].

     - Да. Змея и  яйцо, - сказала Таффи, - это значит обед готов. Если б ты
увидел,  что  на  дереве  выцарапаны такие  знаки, то  понял  бы,  что  пора
возвратиться в пещеру, и я тоже.
     - Совершенно верно, деточка, - ответил Тегумай. - Однако надо подумать.
Тут есть затруднение. Со значит "иди обедать", а шо - это шесты, на  которых
мы вешаем шкуры для просушки.
     - Ах, противные  шесты! - воскликнула Таффи.  -  Я ненавижу, когда  мне
приходится развешивать  на  них мокрые,  тяжелые,  мохнатые  шкуры.  Если ты
нарисуешь  змею и яйцо, я подумаю, что  пора обедать,  и вернусь  из лесу, а
мама велит мне вешать шкуры, что же тогда будет?
     - Ты разозлишься, и мама тоже. Нет, нам  надо  придумать новый знак для
шо. Нарисуем  пятнистую  змею,  которая  шипит ш-ш-ш,  и будем  играть,  что
простая змея шипит с-с-с.
     - Я  не знаю,  как нарисовать пятна,  - сказала  Таффи. - Да и  ты  сам
второпях  можешь забыть про них. Я подумаю со, а  окажется шо,  и  мама все-
таки заставит меня развешивать шкуры.  Нет, лучше нарисуем  эти самые шесты,
чтобы не было никакой ошибки. Я сейчас нацарапаю их. Смотри!
     И она нарисовала вот что. [ рис.10].
     - Правда, это будет лучше. И шесты совсем как наши, - со смехом заметил
папа.  -  Теперь я  тебе опять что-то  скажу,  где  есть шесты. Слушай:  ши.
По-тегумайски ши значит ведь копье, Таффи.
     Он опять засмеялся.
     - Не  дразни  меня,  - сказала Таффи,  припоминая  свой рисунок,  из-за
которого досталось бедному незнакомцу. - Вот попробуй сам нарисовать.
     - Теперь  мы обойдемся  без бобров и без гор, не  правда ли?  - спросил
папа. - Я нарисую стоячие копья и одно наклоненное.
     Он нарисовал вот что. [ рис.11].
     - Даже мама на этот раз не подумала бы, что меня убили, - добавил он.
     - Не вспоминай об этом, папа. Мне неприятно. Давай будем еще кри- чать.
У нас дело пошло на лад.
     - Как будто бы, - сказал Тегумай  и задумался. - Скажем теперь  ше,  то
есть небо. Таффи нарисовала шесты и остановилась.
     - Нужно придумать новый знак для последнего звука, да? - спросила она.
     -  Ше-е-е-е - произнес Тегумай.  - Это похоже  на круглое  яйцо, только
потоньше.
     - Тогда нарисуем тоненькое круглое яйцо, такое  тоненькое, как лягушка,
которая весь век голодала.
     - Нет, - возразил папа. - Если  спешно нацарапать тоненькое яйцо, то мы
будем ошибаться и принимать его за обыкновенное. Ше-ше-ше! Мы сделаем иначе:
отломим  и  отогнем  кусочек  скорлупки.  Тогда  видно  будет,  что  звук  о
становился все тоньше и тоньше и, наконец, превратился в е.

     И он нарисовал вот что. [ рис.12].
     -  Ах,  как  хорошо!  Это  даже  лучше  тоненькой  лягушки.  Продолжай,
продолжай! - сказала Таффи, в свою очередь царапая по коре зубом акулы.
     Папа продолжал рисовать, хотя его рука дрожала от волнения.

     Наконец он нарисовал вот что. [ рис.13].
     - Смотри-ка, Таффи, - сказал он. - Не поймешь ли ты, что это означает
     на тегумайском языке? Если поймешь, то мы сделали великое открытие.
     - Шесты, сломанное  яйцо, хвост карпа и рот карпа, - перечисляла Таффи.
- Ше-уа, небесная вода, дождь.
     В это  время на руку  ей  упала дождевая  капля  - погода как  раз была
серенькая.
     - Папа, дождь идет. Ты это хотел сказать мне?
     -  Ну конечно,  - ответил отец. - И я сказал тебе это молча,  не правда
ли?
     - Я, вероятно, догадалась бы, хотя не сразу, но дождевая  капля помогла
мне. Теперь зато  я уж никогда не  забуду. Ше-уа значит  "дождь" или  "дождь
идет". Молодец, папа!
     Таффи вскочила и стала кружиться около него.
     -  Подумай  только:  ты  уйдешь  утром,  когда  я  еще  буду  спать,  и
нацарапаешь на закоптелой стене  ше-уа.  Я пойму,  что  скоро будет дождь, и
надену свой плащ из бобровых шкур. То-то мама удивится!
     Тегумай тоже принялся скакать. В те времена  отцы  не  гнушались такими
забавами.
     - Чем дальше, тем лучше, - говорил Тегумай. - Положим, я захочу сказать
тебе,  что  дождя  не  будет, и ты  можешь прийти к  реке. Вспомни,  как это
по-тегумайски?
     -  Ше-уа-лас уа-мару (  дождь  кончился, к  реке  приди). Сколько новых
звуков! Я не придумаю, как их нарисовать.
     - А я зато придумал! - воскликнул Тегумай.
     - Постой минуту, Таффи, я тебе покажу, и затем на сегодня уже довольно.
Мы знаем, как изобразить ше-уа, остановка только за лас. Ла-ла- ла!
     - твердил он, помахивая зубом акулы.
     - На  конце шипящая змея, а перед  нею рот карпа - ас-ас-ас. Нам  нужно
только ла-ла, - сказала Таффи.
     - Я знаю, но нам приходится  выдумать ла-ла. И мы с  тобою первые люди,
которые за это берутся, Таффимай.
     - Ну  что  же? -  заметила  Таффи и зевнула,  так как чувствовала  себя
немного утомленной.
     - Лас значит "сломать" и еще "кончить", не правда ли?
     - Да,  разумеется, - сказал  Тегумай. -  Уо-лас значит, что вся  вода в
чану вышла  и мама не может готовить, а меня как нарочно нет, я от- правился
на охоту.
     -  А ши-лас означает, что копье сломано. Если  б я  тогда додумалась до
этого, то не стала бы делать дурацких рисунков с бобрами для чужака.
     -  Ла-ла-ла! - повторял Тегумай, размахивая палкой, и морщил лоб. - Вот
еще досада!
     - Ши я умею нарисовать, -  продолжала Таффи. - А потом я попробовала бы
нарисовать сломанное копье.
     И она нарисовала вот что. [ рис.14].

     - Отлично! - воскликнул Тегумай. - Теперь у нас есть ла, и этот знак не
похож на другие.
     Он нарисовал вот что. [ рис.14^ [ рис.15].
     - Нужно уа.  Ах, это  уже было.  Остается только маре. М-м-м-м... Чтобы
сказать м-м-м, надо закрыть рот. Давай нарисуем закрытый рот.

     И она нарисовала вот что. [ рис.16].
     - После  него поставим разинутый рот  карпа.  Выйдет ма-ма-ма, - сказал
Тегумай. - А как же мы сделаем р-р-р, Таффи?


     -  Такой  же  острый, угловатый  звук слышится, когда ты  выдалбливаешь
челнок, - сказала Таффи.
     - Угловатый? Острый? Вот такой? - спросил Тегумай и нацарапал
     следующее. [ рис.17].
     - Да, - ответила Таффи, - но не надо столько углов, довольно и двух.
     - Я поставлю  даже  один, - сказал Тегумай. - Для нашей игры  чем проще
знаки, тем лучше.

     Он нарисовал вот что. [ рис.18].
     -  Теперь мы  добились толку, - сказал  Тегумай  и  подпрыгнул на одной
ноге. [ рис.18] - Я возьму и нанижу все знаки подряд, как рыб на жердочку.
     -  Не  поставить ли между словами палочки,  чтобы они не теснились и не
толкались, словно карпы?
     -  Я сделаю между  ними промежутки, -  сказал Тегумай,  но от  волнения
позабыл и  нацарапал их без промежутков  на куске свежей  березовой коры.  [
рис.19].

     - Ше-уа-лас уа-маре, - произнесла Таффи, читая по складам.
     - На сегодня довольно, - сказал Тегумай.
     - Я вижу, что ты очень устала, Таффи. Но ты  не смущайся. Мы уже завтра
все окончим, а помнить о нас люди  будут еще много-много лет после того, как
срубят на дрова самые большие деревья, которые ты здесь видишь.
     Они вернулись домой. Целый вечер Тегумай сидел по одну сторону очага, а
Таффи по другую. Они рисовали уа, уо, ше иши на закоптелой стене  и  до  тех
пор шушукались и пересмеивались, пока мама не сказала:
     - Право, Тегумай, ты ничем не отличаешься от Таффи.
     - Не сердись, мамочка, - убеждала Таффи.
     - У  нас  с папой секрет. Мы  сами все тебе  расскажем, когда  настанет
время, только,  пожалуйста,  сейчас  не  расспрашивай,  а то я не выдержу  и
разболтаю.
     Мама не стала расспрашивать.  На следующий день Тегумай ушел ранехонько
к реке придумывать новые  знаки, а Таффи, когда встала, увидела слова уа-лас
( воды нет,  вода кончилась), написанные  мелом на стенке большого каменного
чана, который стоял около входа в пещеру.
     -  Гм!  -  ворчала  Таффи.  - Эти картинки-звуки  бывают  иногда совсем
некстати. Папа как  будто пришел сюда и велел мне принести воды в чан, чтобы
маме было на чем готовить.
     Она пошла к  ручью за пещерой и, набирая воду ведром из березовой коры,
наносила полный чан.  Затем она побежала к реке и дернула папу за левое ухо.
Это ухо принадлежало ей, и она могла его дергать, когда была умницей.
     -  Ну, давай рисовать остальные звуки,  - сказал папа. Они  целый  день
провели  за делом, отрываясь только, чтобы позавтракать и  немного побегать.
Когда они  дошли до звука т, то Таффи заявила, что  с этого звука начинаются
их  имена - ее, папино и мамино - и потому  надо нарисовать семейную группу,
где бы они все трое держались за руки. Это легко было нарисовать раз-другой,
но когда пришлось повторить то  же  самое  шесть-семь раз, то  Таффи  и папа
справлялись все хуже и  хуже,  и, наконец, от рисунка  остался один высокий,
худой Тегумай, протягивающий руки жене  и дочери.  На картинках 20, 21 и  22
видно, как это постепенно делалось.

     Многие  другие  рисунки  были  так  замысловаты,  что  их  трудно  было
выцарапывать,  особенно  натощак. Но  по  мере  того, как их снова  и  снова
царапали  на  березовой  коре,  они становились проще и яснее,  и,  наконец,
Тегумай  остался  совсем  доволен.  Они  повернули  шипящую  змею на  другую
сторону,  чтобы  получить г [ рис.23]. Очень часто у них попадалось е, и  во
избежание  недоразумений  они   совсем  загнули  отломанную  скорлупку  яйца
[рис.24].
     Звук з получился из рисунка.  изображающего священного  для  тегумайцев
зверя -  бобра  [ рис.25, 26, 27, 28].  Некрасивый носовой звук н они хотели
изобразить  в виде носа и  рисовали  носы до тех пор,  пока  у  них остались
черточки, которые они продолжили вверх и вниз. [ рис.29].
     Пасть жадной щуки дала твердый звук д [ рис.30].
     Изобразив, как щука  своей  острой  пастью  натыкается  на  копье,  они
сделали  рисунок  для  звука  к [  рис.31],  который  всегда произносится  с
усилием,  словно натыкаешься на  препятствие. Когда  они  нарисовали кусочек
извилистой реки Вагай, то получили картинку для звука в [ рис.32, 33].
     Таким  образом, Таффи и  ее папа  нацарапали  все звуки, какие  им были
нужны, и составили азбуку. Прошли тысячелетия, и люди пробовали применять те
или другие знаки,  пока не вернулись опять к той азбуке, простой и понятной,
которую выдумали Таффи и Тегумай. По ней теперь учатся все детки,  когда они
уже в таком возрасте, что могут учиться.
     Поэтому я стараюсь не забывать Тегумая Бопсулая, и Таффимай Металлумай,
и Тешумай Тевиндрау,  ее дорогую маму, и все то,  что некогда происходило на
берегах большой реки Вагай!

     { Вскоре после того, как Тегумай  Бопсулай  сочинял с Таффи азбуку,  он
надумал сделать волшебное азбучное ожерелье из букв,  чтобы поместить его  в
тегумайском храме  и сохранить  на вечные  времена.  Все  тегумайское  племя
принесло свои драгоценности и бусы, которыми и украшены были буквы.
     Таффи и Тегумай целых пять лет трудились над этим ожерельем. Я прилагаю
здесь его изображение. Оно нанизано  было  на крепкую оленью жилу и перевито
тонкой медной проволокой.
     Весит ожерелье один фунт и семь с половиной  унций*. Черный фон  кругом
букв нарисован для того, чтобы они больше выделялись. }

     * Это значит, что ожерелье весило  около 666 г,  т. е. оно  было  очень
тяжелым.

О МАГАЗИНЕ


© 2005, Зоомагазин на Арбате

г. Москва, ул. Арбат, дом 30, стр.1, тел. (499) 241-6523, (499) 241-7182

 [ Главная ]  [ Контакты ]  [ Карта сайта ]  [ Проезд ]  [ Магазин ]  [ Ссылки ]  [ Дисклаймер ] 

Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru